Весть к адвентистам      Знамения      Все статьи      Видео      Псалмы      Беседа      Видео новости       Пишите   
Предупреждение Церкви остатка

СЕМЬ СНОВ О ЛЮБВИ

Сон первый. Кочерга
Сон первый

Едварт Гдричьян
Изменить шрифт:  А  А  А

Rambler's Top100
В глубоких сумерках, на фоне леса, стоит проповедник в светлой одежде. В правой руке он держит керосиновую лампу. Напротив него стою я, также в светлой одежде, в правой руке держу электрический фонарик. Вижу проповедника, стоящего лицом ко мне и себя со спины. Проповедник поднимает лампу на уровень груди и с нежной братской любовью говорит: «Брат, посмотри на свою одежду, она в пятнах, она нечиста». Я знаю о пятнах, но не верю в искренность его братских слов, от этого раздражаюсь. В чрезвычайном запале включаю фонарик, подношу к его одежде и говорю: «Взгляни на себя, на твоей плоти, под одеждой открытые язвы, они сочатся, вот посмотри, даже одежда прилипла. Сейчас дёрну и тебе станет больно. Все увидят, что я прав. Проповедник отвечает: «Ты ничего не можешь видеть, так как у тебя неправильный свет. Я получаю елей для лампы централизованно, по распределению, и имею право светить, а у тебя что?» Я возражаю тем, что свет, каким бы он ни был, есть свет и что-то ещё, и что-то ещё...

Внезапно, вижу как моё тело на уровне груди раскрылось, как пивной бокал с крышкой, и внутри я увидел стальную арматуру. Ничего кроме толстого пучка стальных прутьев. С изумлением глядя на свою внутренность, я спрашиваю Бога: «Господи, как же мне жить?». Сразу после этого вижу комнату маленького сельского дома. По правую руку стена с окном, по левую руку стена с дверью, за дверью к стене пристроена печь, между дверью и печкой под потолком поперёк комнаты натянута верёвка. На верёвке занавеска, которая отделяет половину комнаты. Занавеска собрана к левой стене. Дверца печи открыта. В печи еле горит уголь. Он спёкся коржом и едва не тухнет. Чугунная крышка печи не холодная не горячая. В дверь деловито входит швабра, она моет пол, когда подходит к занавеске и говорит: «Что ты тут стоишь целыми днями без всякой пользы? Я работаю, мою пол, горшок варит, веник подметает, а ты что?» Швабра посмотрела в печь, увидела тухнущий уголь, решила поворошить его. Она с трудом влезла в печь, толкнула корж. Из под коржа вырвалось пламя. Тряпка на швабре мгновенно высохла и загорелась. Швабра с визгом выскочила из печи и задымив всю комнату, убежала. Пришел глиняный горшок, поругал стоящего за занавеской и попытался залезть в печь. Но, не сумев пролезть в дверцу, вышел вон. Затем я увидел руку, которой Некто, взял из-за занавески кочергу. Стальной прут с загнутым, слегка расклепанным концом и согнутой овалом ручкой. В недоумении я воскликнул: «Господи, вот это и есть я?!» Через мгновение я смирился. Действительно, это и была моя железная, арматурная сущность. Но на мой взгляд, всё это было как-то примитивно. Сельская хата, кочерга. Слишком всё просто и незначительно. Пытаясь исправить положение, я мысленно изменил форму кочерги. Она стала длиннее, массивнее. Кованый четырёхгранник, провёрнутый в нескольких местах, заканчивался рукояткой филигранной работы с бронзовым плетением. Вокруг рукоятки сложный оружейный эфес. Я был доволен видом инструмента. Но держащий вернул кочерге прежнюю форму, тем самым давая понять, что форма не главное, главное это суть, содержание, способность исполнить назначение. И в подтверждение этому, сделав короткий замах, вонзил загнутый конец кочерги в корж. Затем ещё и ещё раз. Корж развалился на части, как череп некоего чудовища. Злые языки пламени коснулись чугунной крышки печи, она нагрелась. Затем работающий, поворошив уголь, остудил раскалённую кочергу в ведре с водой и поставил её на место.

Кочерга Теперь поразмышляю. Как могла отреагировать кочерга на слова горшка? Допустим вот так: «Пойду-ка и я, займусь делом, чтобы не прослыть в доме бездельницей». Или так: «Пойду-ка я делать добрые дела. Придет хозяин и похвалит меня». И вот, кочерга лезет в печь, моет пол, копает огород. Смотрю я на кочергу, копающую огород и вижу, как это смешно и нелепо. Какое же нужно иметь лживое и трусливое нутро, чтобы так себя изуродовать. Любит в доме только хозяин, все остальные только инструменты в его руках. Наша любовь к домочадцам - в любви к хозяину дома. Наша любовь - в желании всегда быть с ним и исполнять его волю. Может ли рука, гладящая ребёнка, сказать – «я люблю ребёнка»? Любит отец, рука же выполняет его волю. Если мы во Христе, то мы Его члены. Желание делать и само действие исходит из Главы тела, мы же исполнители. Рождаемся мы врагами Богу. Об этой вражде узнаём из Писания. И что же нам делать? Нужно ли, будучи злым - делать добрые дела, будучи печальным - изображать веселье, не имея желания это делать? Не должно честному так поступать. Честный скажет, что даже перестав делать злые дела и начав делать добрые - не стал добрым. Честный скажет, что любовь так и не появилась, какие бы добрые дела не делал. Честный будет рыдать и в полном бессилии умолять Бога о прикосновении. Бессилие и полнейшая духовная нищета - это наше главное богатство. Это как пустая траншея, в которую Бог положит основание. Только будучи в состоянии бессилия, нищеты и униженности мы можем быть услышаны. Когда зовёшь Бога и говоришь: «Господи, я ползаю по земле как червь, мыслимо ли мне взлететь на небо?» Тогда Бог, снизойдя, говорит: «Посмотри на Иисуса, Он один из вас, Он взят от вашего стада. Посмотри, как Он летает. И ты полетишь, только верь в это, живи этим». Правильное знание о Христе есть основание веры и залог Духа.


Следующий >>


Rambler's Top100