Весть к адвентистам      Знамения      Все статьи      Видео      Псалмы      Беседа      Видео новости       Пишите   
Предупреждение Церкви остатка
Изменить шрифт:  А  А  А

КАК ПОБЕДИТЬ САТАНУ

(Заключение...)
Rambler's Top100

Комментарий к разговору с Геннадием, проповедником церкви АСД г. Н-Каховка

Неоднократно прослушал и перечитал текст нашего с тобой разговора, Геннадий. Абсолютно убеждён в том, что ты смертельно болен. Точно так же, как болен весь организм, одной из клеток которого ты являешься. Смертельно больна Церковь. Обращаясь к тебе, буду обращаться ко всем, кто услышит и примет слово. Всё, что произойдёт с вами дальше, будет зависеть от того, примете вы слово или отвергнете. Моё дело только сказать это слово.

Сейчас, как бы стою у ворот города и жду рассвет. С первыми лучами солнца откроют ворота, и я рвану. Буду бежать и кричать. Бежать буду быстро, чтобы не успели опомниться и зачерпнуть из выгребной ямы, чтобы вылить мне на голову. Чтобы не догнали и не сбили с ног. Чтобы не молотили руками и ногами и всем, чем попадёт под руку. Если повезёт, выскочу за ворота с противоположной стороны города, сяду под куст отдышаться. Начнёт печь солнце, я встану и продолжу путь. Путь безумного бродяги. В полном одиночестве, полной нищете до конца.

Теперь о том, как это будет выглядеть практически. В начале нашего разговора я ставил перед собой задачу уничтожить твоё ложное мышление. Понял, что без твоего желания и добровольного согласия - это невозможно. Я вытащил из тебя одного червя - одно лживое слово, пока топтал его на твоих глазах, выполз ещё один червь, не менее отвратительный. Понял, что давить их по одному бесполезно. Необходимо общее лечение. Необходимо уничтожить всю инфекцию прямо у тебя во чреве. Для этого, прежде всего, необходимо убедить тебя в том, что ты болен. Если смогу убедить тебя в этом, если ужаснешься ты тому, какая пасть уже готова поглотить тебя, то немедленно поползёшь к Доктору. Поползёшь на коленях, не смея поднять глаз. Когда пребудешь на место, там увидишь меня в числе негодных людей, умоляющих о милости. В числе проституток, наркоманов, алкоголиков. Как написано: последние будут первыми. Как написано: блудницы и мытари идут впереди вас. Вот там, во всеобщем унижении, коленопреклоненной мольбе мы и побратаемся. Там мы и потянем друг другу руку общения, как два униженных, плачущих, разрывающих сердца в мольбе о прощении и милости. Дай конечно Бог, чтобы ты услышал и поверил.

Таков план действий. Сейчас же я не вижу тебя рядом с собой. Я как червь молю о прощении. Ты же, как ангел паришь в недосягаемых высотах. Посмотри, что ты сам о себе свидетельствуешь. Адвентист от адвентистов, в законе как вареник в сметане. Как только заходило солнышко, начинал сражение за субботний покой. Придя из армии, отверг благополучную жизнь человека знающего, что такое большие деньги - сто пятьдесят рублей в неделю - и всем этим пожертвовал ради служения Богу. Построил церковь, терпел лишения на нищенском жаловании миссионера. Вы только посмотрите, каков красавец. Не возгордилось ли твоё сердце от твоей немыслимой красоты христианской. Не вижу я нищего, плачущего, жаждущего правды. Тебе место на аллее славы. Тебе в Каннах по ковровой дорожке под овации шествовать. Вот где место тебе. Не вижу я брата, не родственник ты мне. Мои родственники убили Христа, а сейчас не высыхают от слёз, плачут день и ночь. Я был среди них, одним из самых жестоких и безжалостных. Это я струсил и отрёкся от Христа. Признаешь ли ты родство со мной, с нами - убийцами Христа и его пророков?

Да нет же, ты скажешь, я не таков. Я с детства Бога люблю. Всмотрись в созвучные слова: фарисей от фарисеев, в законе непорочен и так далее. Видишь ли сходство? Только Павел подчеркнул, что всё это похвальба по плоти, это дела закона, мёртвые дела, сор. Ты же выставляешь их как своё достояние, богатство. Ты только думаешь, что ты богат. Раздай всё это нищим, пускай они хвалятся, забудь. Возьми на плечи тяжесть и пошли со мной. И будем братьями. Что это значит, скажу позже. Смотри, какую историю услышав от тебя, принял бы как близкого мне человека и возможно как брата. Не говорю, что это о тебе, но о том, что принял бы такого человека.

Рассказ о своей жизни иного человека

Родился я в семье адвентистов. Рос в любви и заботе родителей, как вареник в шоколаде. С детства посещал церковь. Честно скажу, верующим себя не чувствовал. Вера была в нашем доме, но для меня это было сродни ковчегу, стоявшему в доме Озы. Родители говорили, что это святыня, но у меня благоговения не было. Я был послушным мальчиком, любил родителей и считал себя верующим, потому что так хотели родители.

Идти в армию боялся. И как я понял уже в армии, не зря. К жизни среди мирских людей я совершенно не был приспособлен. Когда шел в армию, мне дали совет: просись в стройбат, будет легче. Только не в строевые войска. На призывном пункте сказал, что я верующий и попал в стройбат. Однажды заикнулся про субботу и об этом сразу пожалел. Сержант сделал страшные глаза и так дёрнул за ремень, что у меня захрустело в спине. Затем приказал затянуть ремень так, что мне стало трудно дышать. После этого мероприятия у меня, наверное, был такой жалкий вид, что он даже не стал меня бить. Только заорал нечеловеческим голосом: сволочь, бегом на очки. До четырёх часов утра кирпичом тёр унитазы. Через каждые полчаса ходил строевым шагом докладывать дневальному о проделанной работе. После этого о вере и о субботе больше не заикался. В такие моменты, а их на первом году было много, начал молиться. Молился не так, как раньше. Раньше это были молитвы ребёнка, которому, в общем-то, ничего от Бога не нужно, и молился этот ребёнок ради уважения к родителям. Теперь же это были просьбы и мольбы о спасении. Я был как овца среди волков. Дрожал постоянно. Так от моего бессилия крепла связь с Богом.

Когда пришел на гражданку, жизнь вареника в сметане начала тяготить. Стыдно было сидеть на шее у родителей. Перебивался случайными заработками. То на поле, то на винограднике, то подсобником на стройке. Один раз за неделю получил сто пятьдесят рублей. По сей день вспоминаю этот случай, как самый большой праздник. В двадцать два женился. Жить у родителей было невозможно, да и работы в Виноградовке совсем не стало. Мы с супругой решили перебраться к тёще. Надеялся, что в Болграде с работой будет проще, но оказалось ещё хуже. После ухода советских войск опустели военные городки, и большинство жителей города остались без работы. А когда Молдова перекрыла железную дорогу, город стал такой дырой, что люди начали бежать массово. Если бы не тёщин огород, то не знаю, как бы мы вообще жили. Вырисовывалась перспектива моей жизни. Тяжкий, изнурительный труд за гроши, которых едва хватит на еду. Да и работать пришлось бы, скорее всего в Одессе, жить прямо на стройке в условиях, в которых не всякий хозяин свою собаку поселит. В отрыве от семьи. И так год за годом всю жизнь и никакого просвета.

В это время у нас уже появился ребёнок. Мы с женой молились в ожидании чуда от Бога. И это чудо случилось. Община начала строить церковь. Я понял, что обустроить достойную человека жизнь не в состоянии. Церковь - это мой единственный шанс избежать мрачной перспективы. Я понял, что моя жизнь должна быть связана с церковью любой ценой. На стройке первое время работал бесплатно, через некоторое время меня заметили и начали платить не много, но стабильно. Это уже было кое-что. Зарекомендовал себя как строитель и как христианин. Моё предложение о миссионерской работе не было неожиданностью для руководства церкви. Они видели и понимали мои движения и их мотивы. Их всё устраивало. Так началась моя работа в церкви.

Я понимал, что моё движение к служению не вполне чисто и пошел я в это служение от безысходности. Будь у меня богатые родители или налаженный бизнес, скажем, виноградник, скорее всего не пошел бы я в священники. Но я и этому рад. И слава Богу. Хотя внутри это мучает меня. Но больше этого мучает то, что я до сих пор толком-то и не знаю, о чём проповедую. Из подсобника на стройке в одночасье я стал священником. Моментами спрашиваю себя: а верующий ли я? Люблю ли я Бога? За что я люблю Его? Люблю ли я ближнего? Я совершенно не понимаю, о чём пишет Павел. Снова, как и прежде я бессилен, немощен, беспомощен. Я нищий. Хотя и проповедую. Ночами же плачу и прошу Бога. Господи, ты дал мне управлять этим народом, а я совершенно глуп и неразумен. Научи, помоги. Пришли тех, кто поможет в познании Твоих путей. Ты вырвал меня из нищеты, Господи, Ты как бы поднял меня на своих крыльях, но я не достоин всего этого, потому что не познал Тебя. Посмотри как я жил, что имел, и как живу теперь. У меня трёхкомнатная квартира, за которую я не платил. Я и жена, мои трое детей сыты, одеты. Я имею большой отпуск, имею возможность в рабочее, оплаченное время ездить на сессии, получать образование бесплатно. Работаю всего два часа в неделю, и мою работу никто не контролирует. Господи, я не достоин всех этих благ. Помоги мне быть достойным имени Твоего. Господи, прошу, дай мне познать Твои пути! Только познанием о Тебе смогу прославить имя Твоё и, тем самым, хоть как-то отработать дарованное Тобой.

Геннадий, если бы я услышал нечто подобное, то протянул бы тебе руку как брату. Но потому как ты совсем другой, или говоришь, что другой, то рукопожатие моё как с любым язычником. Если бы ты сказал, что слеп, то мы вместе просили бы о прозрении, если бы сказал, что убийца и вор, то мы бы вместе просили о помиловании. А так, что у нас общего? Ты свят, а я ничтожество. Ты говоришь, что много знаешь, а я ничего не знаю. Что у нас общего? В чём наш совместный интерес, в чём наше общение? И ты называешь меня братом?

Это касательно твоей презентации собственной личности. Теперь по существу вопроса, о твоей любви к сатане. Сразу скажу и повторюсь. Из меня никогда и ни под каким предлогом, ни под какой аргументацией не может вылезти словосочетание «я люблю сатану». Это как если бы сквозь гортань мне нужно было протолкнуть моток колючей проволоки или протащить связку рыболовных крючков. Я бы изорвал себе всю внутренность, истёк кровью и умер. А тебе ничего. Геннадий, в чём дело, почему тебя не ранят, не рвут эти слова? От сатаны исходит омерзительный трупный запах, почему не чувствуешь, почему тебя не воротит, почему не бежишь?

Скажу тебе почему. Ты мёртв. Только мёртвый может пребывать в таком бесчувствии. Не видеть, не слышать, не обонять. Тебе нужно родиться от Слова. Конечно же ты скажешь: я уже родился. Родиться-то родился, но от чего? Ты родился от закона, а закон, как известно, рождает в рабство. Что это значит? Закон берёт тебя за руку, как маленького ребёнка, и ведёт. Говорит тебе: Гена, делай то и это делай, а этого не делай; и ты исполняешь. Затем идёшь к таким же как ты послушным мальчикам и говоришь: ребята, посмотрите, какие дела я сделал во славу Господа. Они видят и радуются. Затем они говорят: посмотри на наши дела; и ты говоришь: слава Господу. Затем мальчики садятся играть на дудочке грустные песни, и ты печалишься, ты им играешь весёлые, и они веселятся. Приходит некто со стороны и говорит: всё это пустое. Если вы и будете иметь похвалу за ваши дела, то только не от Бога. Всё это мёртвые дела, и праведность ваша от закона. И никто из вас не может быть наследником, потому что вы рабы и над вами проклятие закона. Наследником может быть только сын, которого Бог освободил от клятвы закона, которого вывел из-под закона. Мальчики возмущаются и прогоняют из своей песочницы обидчика. Говорят: иди вон из нашего стана, проклят ты.

И вот, народ Божий стоит станом по коленам, по родам, под знамёнами, а вне стана ходят проклятые от людей и прокаженные, которые кричат: я не чист. Только их нечистотой очищается народ, пребывающий в стане. Только тем, что они плотью своей носят нечистоты, очищают народ, который в стане. Их бесчестие, их поругание - это святость тех, кто в стане. Если бы ты, Геннадий, родился от слова, то понял бы, о чём говорю, и в этом понимании и посредством понимания, мы протянули бы друг другу руку общения. За станом. Если бы ты родился от слова, то свидетельствовал бы о себе, что ты есть слово. Ведь от слова нетленного может родиться только слово, не плоть же тленная. Но решишься ли сказать: я есть слово? Не испугаешься ли? Ведь на тебя посмотрят, как на безумца и скажут: вот, он себя уже Богом делает. Но только в этом случае мы родственники. Я-то тебя хочу видеть и принимать не как плоть, а как слово. Но сказать языком: я есть слово, - этого мало, под этими словами нужно иметь контекст, основание. Из этого основания, как из корневища произрастают все твои слова и действия. Ты говоришь, что я тебе брат, давай посмотрим, на одном ли мы основании, один ли у нас отец, от одного ли мы семени. Я тебе скажу то, что услышал у Отца моего, а ты скажешь мне, что услышал у отца твоего. Вот слова моего Отца:

Пс 138-21 "Мне ли не возненавидеть ненавидящих Тебя, Господи, и не возгнушаться восстающими на Тебя? Полною ненавистью ненавижу их: враги они мне".

Пс (96-10) "Любящие Господа, ненавидьте зло!"

Пс (5-6) "нечестивые не пребудут пред очами Твоими: Ты ненавидишь всех, делающих беззаконие".

Пс (5-7) "Ты погубишь говорящих ложь; кровожадного и коварного гнушается Господь".

Лк 14:26 "если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником".

Рим 9:13 "как и написано: Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел".

Из этого основания, из этого семени проросли как росток следующие слова. Слушай внимательно, узнаешь ли голос? Я НЕНАВИЖУ САТАНУ! Теперь смотрю на твои слова. Я ЛЮБЛЮ САТАНУ! Можем ли мы происходить от одного отца, от одного ли мы семени? Никогда. Отец твой диавол! А тем, что ты называешь себя сыном Бога, ты порочишь Его. И не примазывайся ко мне в братья. Нет у меня ничего общего с любителями сатаны. Враг ты мне. Давай теперь посмотрим, из какого основания растут твои слова.

Цитата
Г. О чем я сейчас говорю? Когда Люцифер стал сатаной, перестал ли Бог его любить как Своё творение? Жалко Ему было или не жалко? Мы знаем сущность Бога: Бог есть любовь. Мы не можем сказать: Бог есть ненависть, зло или какой-то ещё греховный аргумент. Бог есть совершенство, идиллия. Он есть любовь. Елена Уайт начинает и заканчивает словами – Бог есть любовь. И я не могу сказать, даже сегодня, что Бог ненавидит сатану.

Э. То есть, Он его любит?

Г. В принципе любит.
Конец цитаты

Есть ещё один текст, который ты пытался выставить в качестве аргумента. Вот он.

Рим 5:8 «Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками».

Этим текстом ты пытался мне доказать, что Бог любит сатану, как и любого грешника, но ненавидит грех. Это твои слова. То, что Бог любит сатану - это ложь. Я не знаю и не хочу знать такого бога, это твой бог.


<< Пред. | Начало | Продолжение заключения >>


Rambler's Top100