Весть к адвентистам      Знамения      Все статьи      Видео      Псалмы      Беседа      Видео новости       Пишите   
Предупреждение Церкви остатка

КАК ПОБЕДИТЬ САТАНУ

Разговор с Геннадием, проповедником церкви АСД Победить сатану (Bill Osborne)

Едварт Гдричьян
Изменить шрифт:  А  А  А

(Еф 6:14,17) «Итак станьте, препоясав чресла ваши истиною и облекшись в броню праведности... и шлем спасения возьмите, и меч духовный, который есть Слово Божие»

(Иак 4:7) Rambler's Top100 «... противостаньте диаволу, и убежит от вас»


Э. Господи, Отец наш Небесный, благослови наш этот разговор, эту встречу, помоги нам пребывать в правде, выяснить её, помоги, Господи, нам стать братьями, если будет на то Твоя воля, или же чётко определиться, что мы враги и нет нам участия ни в чём общем. Помоги, Господи, провести эту встречу в спокойствии, в рассудительности, в Твоём Духе, именно в Твоём Духе. Благослови нас. Аминь.

Г. Наш Небесный Отец, мы благодарны за то, что Ты считаешь нас и называешь нас Своими детьми. Пусть мы слабы, немощны, и мы осознаём это. Господи, благослови пожалуйста весь этот день, эту встречу, пусть Дух Святой освящает наше сознание, сердце, помыслы и наши слова. Во имя Твоё просим. Аминь.

Э. Присаживайся. Предлагаю такую форму общения. Как интервью. Я как журналист буду задавать вопросы, а ты как священник может, проповедь скажешь или что-то в этом роде. В начале хотел бы узнать, кто ты и откуда, как ты пришел к вере, и вообще, с чего это началось, кем ты был до того и так далее.

Г. Хорошо. Я родом из одесской области, болградский район, село Виноградово. Родился я в адвентистской семье. Мои деды с обеих сторон, бабушка и дедушка - адвентисты. С маминой стороны, они вообще не были верующими, они приняли адвентизм, а со стороны отца они были из баптистской семьи, и в тридцать седьмом году они принимают адвентизм, когда появляются первые адвентисты в Виноградовке. Моё личное становление как адвентиста, детство, юношество, проходило, знаешь, есть такое выражение – «Вареник в сметане».

Э. Твои родственники были просто адвентистами, или священниками?

Г. Никто пастырем не был. Моё серьёзное становление, как христианина в первую очередь и потом как адвентиста, происходило именно в годы армии. Восемьдесят девятый - девяносто первый год. В Осетии я служил. Год в Грозном служил. И там я ответил для себя на эти извечные вопросы: Почему я вообще верующий, и самый главный вопрос, с которым мне пришлось вплотную столкнуться - это вопрос: почему я адвентист? Только потому, что я родился в адвентизме или нет? Потому что этим вопросом начал задаваться не только я, но и мои сослуживцы, в том числе и офицеры.

Э. Как это проявлялось в армии, вообще, почему ты пошел в армию если ты адвентист. Ведь сейчас это не принято.

Г. Сейчас да. Сейчас есть альтернатива. И я считаю, что это большой плюс. Тогда альтернативы не было, это был Советский Союз. При Советском Союзе речь об альтернативе не шла. Либо идёшь в армию, либо в дисбат идёшь. Сажают, на сколько определят, затем снова идёшь в армию.

Э. Что там, конфликты возникали по поводу веры?

Г. Конечно. Ещё на призывной комиссии в моём деле написали верующий, член церкви АСД. И когда в Одессе на призывном пункте нас распределяли, меня определили в ленинградский военный округ наводчиком орудий. Я подошел к офицеру-«покупателю» и говорю: Вы знаете, что я верующий? Какой верующий? Откуда, что? Я говорю: У меня в личном деле всё написано. Он смотрит, точно. Выбросил дело обратно и говорит: иди на плац. Я ушел. Там отобрали в строевые войска, а всё, что осталось - в стройбат. И вот, так я в стройбат попал. Мы приехали в часть в среду, двое суток ехали поездами из Одессы во Владикавказ, приходит пятница, и я сержанту говорю: так и так, сейчас через четыре часа солнышко сядет, и я уже …

Э. Хорошо. Значит в армии ты уже определился с тем, что ты верующий, пришел на гражданку. Как дальше развивались события?

Г. Когда я укрепился, так скажем, духовно...

Э. Ты сразу пошел работать?

Г. Да я сразу пошел на стройку. Потому что, во-первых, нужно было одеться. Работал на стройке.

Э. У вас в Виноградовке была община?

Г. Да. Там община под сто человек была и есть, но сейчас чуть меньше. Выехали многие, молодежь уехала. Очень много служителей выехало. Остались служители молодые.

Э. А дальше что?

Г. Потом пришло время, в двадцать два я женился, обзавёлся своей семьёй, переехали в город Болград. Тёща нам дала половину домика своего. Там тоже община есть. Правда чуть меньше.

Э. У тебя уже дети были?

Г. Нет, ещё не было. Мы когда переехали, через полтора года у нас ребёнок появляется. Потом начинается строительство церкви. Я вплотную участвую в строительстве. Просто смотрю, что всё меньше и меньше людей могут участвовать в строительстве. И я был там каждый день с утра и до ночи. И был как прорабом на этой стройке. Знал где каждый кирпич лежит. Знал, что там нужно делать, в общем, отвечал за стройку. За два сезона мы построили всю церковь на двести мест. И в это время, под конец строительства, перед открытием церкви услышал, что служителя нашего забирают. Из Болграда переводят в Николаев. Как раз на этом строительстве я почувствовал особое отношение с Богом, что значит иметь это посвящение. У нас в семье большие перемены произошли в духовном отношении.

Э. Жена верующая была?

Г. Да, я женился на адвентистке. И мы решили попробовать себя в миссионерах. Я с этим предложением подошел к служителю.

Э. То есть вы закончили церковь и …

Г. И хотели выехать на пустое место, где нет ни одного адвентиста и начинать организовывать группу посредством литературного евангелизма.

Э. То есть это параллельно твоей жизни и твоей гражданской работе, ты хотел церковную деятельность вести или ты уже просился в священники?

Г. Никогда. Я даже не мечтал. Наоборот. Я когда пришел из армии и в юности избегал мысли о работе служителем. Потому что я видел, какая это неблагодарная …

Э. Но как ты себе представлял организовывать группу на голом месте, где-то в глуши, одновременно содержать семью и так далее? Или ты этого не продумывал?

Г. Я знал, что это будет очень нелегко. Несмотря на то, что до этого у меня были очень серьёзные заработки. До армии в неделю я получал сто пятьдесят рублей. Я знаю, что такое жизнь при деньгах. И я знал, какое жалование получает служитель и пастор. И тем более что мы, когда выезжали на миссионерское служение, получали значительно меньше пастора. И мы согласились на это. Мы пропитались духом служения, и я понял, что наступил тот момент, когда я не могу жить для самого себя. Чтобы услаждать самого себя, строить, обустраивать жизнь на этой земле ради временного достатка. Я понял, что с Божьей помощью смогу принести пользу для вечного жительства многим людям. Хотя бы некоторым. И мы на год выехали в кировоградскую область. Конечно, мы немного испугались, потому что это не было голое место, там оказывается уже была группа. Нас об этом предупредили. Попросили, чтобы мы именно туда выехали. Мы и согласились. Вот так мы выехали на пробную работу в духовном уже плане. Там мы находились полтора года. Были неплохие начинания. Бог нас вёл. И несмотря на скромность нашего жития. И мне предлагают пробным библейским работником. То есть уже начало серьёзного служения. И мы соглашаемся. И мы остаёмся уже в качестве пробного служителя.


След. >> | К заключению...


Rambler's Top100