Весть к адвентистам      Знамения      Все статьи      Видео      Псалмы      Беседа      Видео новости       Пишите   
Предостережение Церкви остатка

В ЗАЗЕРКАЛЬЕ

Глава VII. Безумное чаепитие Безумное чаепитие

Действующие персонажи:
Болванщик - пастор
Мартовский заяц - пресвитер
Мышь-Соня - член церкви

Алиса - ищущий истину
Изменить шрифт:  А  А  А

(Иер 4:22) Rambler's Top100 «Это оттого, что народ Мой глуп, не знает Меня: неразумные они дети, и нет у них смысла; они умны на зло, но добра делать не умеют»

    Около дома под деревом стоял накрытый стол, а за столом пили чай Мартовский Заяц и Болванщик, между ними крепко спала Мышь-Соня. Болванщик и Заяц облокотились на нее, словно на подушку, и разговаривали через ее голову.
    - Бедная Соня, - подумала Алиса. - Как ей, наверно, неудобно! Впрочем, она спит - значит, ей все равно.
    Стол был большой, но чаевники сидели с одного края, на уголке. Завидев Алису, они закричали:
    - Занято! Занято! Мест нет!
    - Места сколько угодно! - возмутилась Алиса и уселась в большое кресло во главе стола.
    - Выпей вина, - бодро предложил Мартовский Заяц.
    Алиса посмотрела на стол, но не увидела ни бутылки, ни рюмок.
    - Я что-то его не вижу, - сказала она.
    - Еще бы! Его здесь нет! - отвечал Мартовский Заяц.
    - Зачем же вы мне его предлагаете! - рассердилась Алиса. - Это не очень-то вежливо.
    - А зачем ты уселась без приглашения? - ответил Мартовский Заяц. - Это тоже невежливо!
    - Я не знала, что это стол только для вас, - сказала Алиса. - Приборов здесь гораздо больше.
    - Что-то ты слишком обросла! - заговорил вдруг Болванщик.
    До сих пор он молчал и только с любопытством разглядывал Алису.
    - Не мешало бы постричься.
    - Научитесь не переходить на личности, - отвечала Алиса не без строгости. - Это очень грубо.
    Болванщик широко открыл глаза, но не нашелся, что ответить.
    - Чем ворон похож на конторку? - спросил он, наконец.
    - Так-то лучше, - подумала Алиса. - Загадки - это гораздо веселее...
    - По-моему, это я могу отгадать, - сказала она вслух.
    - Ты хочешь сказать, что думаешь, будто знаешь ответ на эту загадку? - спросил Мартовский Заяц.
    - Совершенно верно, - согласилась Алиса.
    - Так бы и сказала, - заметил Мартовский Заяц. - Нужно всегда говорить то, что думаешь.
    - Я так и делаю, - поспешила объяснить Алиса. - По крайней мере... По крайней мере, я всегда думаю то, что говорю... а это одно и то же...
    - Совсем не одно и то же, - возразил Болванщик. - Так ты еще чего доброго скажешь, будто "Я вижу то, что ем" и "Я ем то, что вижу", - одно и то же!
    - Так ты еще скажешь, - проговорила, не открывая глаз, Соня, - будто "Я дышу, пока сплю" и "Я сплю, пока дышу", - одно и то же!
    - Для тебя-то это, во всяком случае, одно и то же! - сказал Болванщик, и на этом разговор оборвался.
    С минуту все сидели молча. Алиса пыталась вспомнить то немногое, что она знала про воронов и конторки.
    Первым заговорил Болванщик.
    - Какое сегодня число? - спросил он, поворачиваясь к Алисе и вынимая из кармана часы. Он с тревогой поглядел на них, потряс и приложил к уху.
    Алиса подумала и ответила:
    - Четвертое.
    - Отстают на два дня, - вздохнул Болванщик.
    - Я же говорил: нельзя их смазывать сливочным маслом! - прибавил он сердито, поворачиваясь к Мартовскому Зайцу.
    - Масло было самое свежее, - робко возразил Заяц.
    - Да, ну туда, верно, попали крошки, - проворчал Болванщик. - Не надо было мазать хлебным ножом.
    Мартовский Заяц взял часы и уныло посмотрел на них, потом окунул их в чашку с чаем и снова посмотрел.
    - Уверяю тебя, масло было самое свежее, - повторил он. Видно, больше ничего не мог придумать.
    Алиса с любопытством выглядывала из-за его плеча.
    - Какие смешные часы! - заметила она. - Они показывают число, а не час!
    - А что тут такого? - пробормотал Болванщик. - Разве твои часы показывают год?
    - Конечно, нет, - отвечала с готовностью Алиса. - Ведь год тянется очень долго!
    - Ну и у меня то же самое! - сказал Болванщик.
    Алиса растерялась. В словах Болванщика как будто не было смысла, хоть каждое слово в отдельности и было понятно.
    - Я не совсем вас понимаю, - сказала она учтиво.
    - Соня опять спит, - заметил Болванщик и плеснул ей на нос горячего чаю.
    Соня с досадой помотала головой и, не открывая глаз, проговорила:
    - Конечно, конечно, я как раз собиралась сказать то же самое.
    - Отгадала загадку? - спросил Болванщик, снова поворачиваясь к Алисе.
    - Нет, - ответила Алиса. - Сдаюсь. Какой же ответ?
    - Понятия не имею, - сказал Болванщик.
    - И я тоже, - подхватил Мартовский Заяц.
    Алиса вздохнула.
    - Если вам нечего делать, - сказала она с досадой, - придумали бы что-нибудь получше загадок без ответа. А так только попусту теряете время!
    - Если бы ты знала Время так же хорошо, как я, - сказал Болванщик, - ты бы этого не сказала. Его не потеряешь! Не на такого напали!
    - Не понимаю, - сказала Алиса.
    - Еще бы! - презрительно встряхнул головой Болванщик. - Ты с ним, небось, никогда и не разговаривала!
    - Может, и не разговаривала, - осторожно отвечала Алиса. - Зато не раз думала о том, как бы убить время!
    - А-а! Тогда все понятно, - сказал Болванщик. - Убить Время! Разве такое ему может понравиться! Если б ты с ним не ссорилась, могла бы просить у него все, что хочешь. Допустим, сейчас девять часов утра - пора идти на занятия. А ты шепнула ему словечко и - р-раз! - стрелка побежала вперед! Половина второго - обед!
    (- Вот бы хорошо! - тихонько вздохнул Мартовский Заяц).
    - Конечно, это было бы прекрасно, - задумчиво сказала Алиса, - но ведь я не успею проголодаться.
    - Сначала, возможно, и нет, - ответил Болванщик. - Но ведь ты можешь сколько хочешь держать стрелки на половине второго.
    - Вы так и поступили, да? - спросила Алиса.
    Болванщик мрачно покачал головой.
    - Нет, - ответил он. - Мы с ним поссорились в марте - как раз перед тем, как этот вот (он показал ложечкой на Мартовского Зайца) спятил. Королева давала большой концерт, и я должен был петь "Филина". Знаешь ты эту песню?

Ты мигаешь, филин мой!
Я не знаю, что с тобой.


    - Что-то такое я слышала, - сказала Алиса.
    - А дальше вот как, - продолжал Болванщик.

Высоко же ты над нами,
Как поднос под небесами!


    Тут Соня встрепенулась и запела во сне: "Ты мигаешь, мигаешь, мигаешь..."
    Она никак не могла остановиться. Пришлось Зайцу и Болванщику ущипнуть ее с двух сторон, чтобы она замолчала.
    - Только я кончил первый куплет, как кто-то сказал: "Конечно лучше б он помолчал, но надо же как-то убить время!" Королева как закричит: "Убить Время! Он хочет убить Время! Рубите ему голову!"
    - Какая жестокость! - воскликнула Алиса.
    - С тех пор, - продолжал грустно Болванщик, - Время для меня палец о палец не ударит! И на часах все шесть...
    Тут Алису осенило.
    - Поэтому здесь и накрыто к чаю? спросила она.
    - Да, - отвечал Болванщик со вздохом. - Здесь всегда пора пить чай. Мы не успеваем даже посуду вымыть!
    - И просто пересаживаетесь, да? - догадалась Алиса.
    - Совершенно верно, - сказал Болванщик. - Выпьем чашку и пересядем к следующей.
    - А когда дойдете до конца, тогда что? - рискнула спросить Алиса.
    - А что, если мы переменим тему? - спросил Мартовский Заяц и широко зевнул. - Надоели мне эти разговоры. Я предлагаю: пусть барышня расскажет нам сказку.
    - Боюсь, что я ничего не знаю, - испугалась Алиса.
    - Тогда пусть рассказывает Соня, - закричали Болванщик и Заяц. - Соня, проснись!
    Соня медленно открыла глаза.
    - Я и не думала спать, - прошептала она хрипло. - Я слышала все, что вы говорили.
    - Рассказывай сказку! - потребовал Мартовский Заяц.
    - Да, пожалуйста, расскажите, - подхватила Алиса.
    - И поторапливайся, - прибавил Болванщик. - А то опять заснешь!
    - Жили-были три сестрички, - быстро начала Соня. - Звали их Элси, Лэси и Тилли, а жили они на дне колодца...
    - А что они ели? - спросила Алиса. Ее всегда интересовало, что люди едят и пьют.
    - Кисель, - отвечала, немного подумав, Соня.
    - Все время один кисель? Это невозможно, - мягко возразила Алиса. - Они бы тогда заболели.
    - Они и заболели, - сказала Соня. - И очень серьезно.
    Алиса пыталась понять, как это можно всю жизнь есть один кисель, но это было так странно и удивительно, что она только спросила:
    - А почему они жили на дне колодца?
    - Выпей еще чаю, - сказал Мартовский Заяц, наклоняясь к Алисе.
    - Еще? - переспросила Алиса с обидой. - Я пока ничего не пила.
    - Больше чаю она не желает, - произнес Мартовский Заяц в пространство.
    - Ты, верно, хочешь сказать, что меньше чаю она не желает: гораздо легче выпить больше, а не меньше, чем ничего, - сказал Болванщик.
    - Вашего мнения никто не спрашивал, - сказала Алиса.
    - А теперь кто переходит на личности? - спросил Болванщик с торжеством.
    Алиса не знала, что на это ответить. Она налила себе чаю и намазала хлеб маслом, а потом повернулась к Соне и повторила свой вопрос:
    - Так почему же они жили на дне колодца?
    Соня опять задумалась и, наконец, сказала:
    - Потому что в колодце был кисель.
    - Таких колодцев не бывает, - возмущенно закричала Алиса.
    Но Болванщик и Мартовский Заяц на нее зашикали, а Соня угрюмо пробормотала:
    - Если ты не умеешь себя вести, досказывай сама!
    - Простите, - покорно сказала Алиса. - Пожалуйста, продолжайте, я больше не буду перебивать. Может, где-нибудь и есть один такой колодец.
    - Тоже сказала - "один"! - фыркнула Соня. Впрочем, она согласилась продолжать рассказ.
    - И надо вам сказать, что эти три сестрички жили припиваючи...
    - Припеваючи? - переспросила Алиса. - А что они пели?
    - Не пели, а пили - ответила Соня. - Кисель, конечно.
    - Мне нужна чистая чашка, - перебил ее Болванщик. - Давайте подвинемся.
    И он пересел на соседний стул. Соня села на его место. Мартовский Заяц - на место Сони, а Алиса, скрепя сердце, - на место Зайца. Выиграл при этом один Болванщик; Алиса, напротив, сильно проиграла, потому что Мартовский Заяц только что опрокинул себе в тарелку молочник. Алисе не хотелось опять обижать Соню, и она осторожно спросила:
    - Я не понимаю... Как же они там жили?
    - Чего там не понимать, - сказал Болванщик. - Живут же рыбы в воде. А эти сестрички жили в киселе! Поняла, глупышка?
    - Но почему? - спросила Алиса Соню, сделав вид, что не слышала последнего замечания Болванщика.
    - Потому что они были кисельные барышни.
    Этот ответ так смутил бедную Алису, что она замолчала.
    - Так они и жили, - продолжала Соня сонным голосом, зевая и протирая глаза, - как рыбы в киселе. А еще они рисовали... всякую всячину... все, что начинается на М.
    - Почему на М? - спросила Алиса.
    - А почему бы и нет? - спросил Мартовский Заяц.
    Алиса промолчала.
    - Мне бы тоже хотелось порисовать, - сказала она наконец. - У колодца.
    - Порисовать и уколоться? - переспросил Заяц.
    Соня меж тем закрыла глаза и задремала. Но тут Болванщик ее ущипнул, она взвизгнула и проснулась.
    - ...начинается на М, - продолжала она. - Они рисовали мышеловки, месяц, математику, множество... Ты когда-нибудь видела, как рисуют множество?
    - Множество чего? - спросила Алиса.
    - Ничего, - отвечала Соня. - Просто множество!
    - Не знаю, - начала Алиса, - может...
    - А не знаешь - молчи, - оборвал ее Болванщик.
    Такой грубости Алиса стерпеть не могла: она молча встала и пошла прочь. Соня тут же заснула, а Заяц и Болванщик не обратили на Алисин уход никакого внимания, хоть она и обернулась раза два, надеясь, что они одумаются и позовут ее обратно. Оглянувшись в последний раз, она увидела, что они засовывают Соню в чайник.
    - Больше я туда ни за что не пойду! - твердила про себя Алиса, пробираясь по лесу. - В жизни не видела такого глупого чаепития! Тут она заметила в одном дереве дверцу.
    - Как странно! - подумала Алиса. - Впрочем, сегодня все странно. Войду-ка я в эту дверцу. Так она и сделала. И снова она оказалась в длинном зале возле стеклянного столика.
    - Ну, теперь-то я буду умнее, - сказала она про себя, взяла ключик и, прежде всего, отперла дверцу, ведущую в сад, а потом вынула кусочки гриба, которые лежали у нее в кармане, и ела, пока не стала с фут ростом. Тогда она пробралась по узкому коридорчику и, наконец, - очутилась в чудесном саду среди ярких цветов и прохладных фонтанов.


Из сказки Льюиса Кэролла «Приключения Алисы в Стране Чудес», глава VII. Безумное чаепитие. Перевод Нины Демуровой.

Rambler's Top100