Весть к адвентистам      Знамения      Все статьи      Видео      Псалмы      Беседа      Видео новости       Пишите   
Предостережение Церкви остатка

АДВЕНТИСТСКАЯ КОРПОРАТИВНАЯ ЭТИКА

как идолопоклонство

Адвентистская корпорация и идолопоклонство

Изменить шрифт:  А  А  А

Rambler's Top100 «Я часто раскаивался в том, что говорил, но редко сожалел о том, что не молчал…»


«И сказал Он мне: сын человеческий! видишь ли ты, что они делают? великие мерзости, какие делает дом Израилев здесь, чтобы Я удалился от святилища Моего? но обратись, и ты увидишь еще большие мерзости. И привел меня ко входу во двор, и я взглянул, и вот в стене скважина. И сказал мне: сын человеческий! прокопай стену; и я прокопал стену, и вот какая-то дверь. И сказал мне: войди и посмотри на отвратительные мерзости, какие они делают здесь. И вошел я, и вижу, и вот всякие изображения пресмыкающихся и нечистых животных и всякие идолы дома Израилева, написанные по стенам кругом. И семьдесят мужей из старейшин дома Израилева стоят перед ними, и Иезания, сын Сафанов, среди них; и у каждого в руке свое кадило, и густое облако курений возносится кверху. И сказал мне: видишь ли, сын человеческий, что делают старейшины дома Израилева в темноте, каждый в расписанной своей комнате? ибо говорят: "не видит нас Господь, оставил Господь землю сию". И сказал мне: обратись, и увидишь еще большие мерзости, какие они делают…» (книга пророка Иезекииля 8:6-13).

Весть, как оказалось, на все времена…
Первые несколько лет моего пребывания в церкви (с 1996 г.) я не задумывался над смыслом этих слов, и мне и в голову не приходило применять их по отношению к нашей церковной действительности. И, может быть, не пришло бы и до сих пор, если б не довелось мне трудиться в церковном учреждении и даже иметь в свое время служительский статус. На исходе первого десятилетия моей воцерковленности начал я замечать вокруг себя явления и слышать речи, которые никак не соответствовали моим представлениям о Божьем порядке вещей.

Одно из первых ярких впечатлений подобного рода оставил в памяти моей разговор с тогдашним генеральным директором «Источника жизни». Задумал он экономить на едином социальном налоге, который платится с фонда заработной платы сотрудников. Для этого нужно было втянуть всех сотрудников в схему, которую лично я посчитал аферой. Со всеми сотрудниками были перезаключены трудовые договора, один я отказался. В результате у меня состоялся с директором тяжелый разговор, во время которого было произнесено немало фраз типа «Ты подпиши, а я понесу этот грех на себе» или «Законы на то и существуют, чтобы их обходить».

Слышать это от высокопоставленного церковного работника и пастора, было для меня дико. Я был готов стоять на своем вплоть до увольнения. К чести этого человека нужно сказать, что никаких репрессий, несмотря на мое упорство, не последовало. Тем более что в конечном итоге я оказался прав, и от этой схемы руководству вскоре пришлось отказаться.

Это было первое в моей практике столь явное проявление церковной корпоративной этики. Дальше было только хуже.

Пришел следующий директор. Как он пришел — тема для отдельного разговора. Был очередной совет попечителей, прежнего директора заверили, что он остается на своем посту. Тот спокойно уехал в отпуск, и пока он отдыхал, его сместили. Пришел новоявленный «мессия», спаситель издательства от всех бед. Ему, как и любому директору на начальном этапе, дали карт-бланш, и деньги снова потекли в издательство рекой. Но была одна проблема — жилые дома, в которых обитали сотрудники. Уж больно они чувствовали себя вольготно, полагаясь на данные некогда обещания. Нужно было немножко приспустить их на землю. Этим и занялся новый директор, предложив всем сотрудникам подписать новые договора на жилье.

Эти договора, к слову сказать, к жилищному законодательству и вообще к понятию справедливости имели лишь косвенное отношение. Сотрудники стали возмущаться, директор сделал вид, что хочет вести переговоры, а сам тем временем велел не выдавать зарплату тем, кто не хотел ничего подписывать. Началось нагнетание атмосферы. Сотрудники почувствовали, что по отношению к ним творится явный произвол. Это длинная история, расскажу при случае потом.

А пока скажу, что я попытался объединить своих коллег для противодействия этому произволу. Я созвал собрание коллектива, на котором был избран комитет из числа рядовых сотрудников в количестве пяти человек. Директор в это время был на "корпоративчике" в Турции, куда отправились наши церковные чины посовещаться и заодно прилично отдохнуть. Вернувшись, он объявил наше собрание незаконным, комитет распустил, а меня уволил, и почему-то вместе с женой, которая к моей «антицерковной» деятельности не имела никакого отношения. Несмотря на мои неоднократные предупреждения, устные и письменные, направленные в том числе высшим руководителям, о том, что я в случае увольнения обращусь в суд, он меня все-таки уволил, как и многих других до меня в семинарии и прочих местах, где ему довелось приложить свою руку.

Однако предупреждал я вполне серьезно, и в суд я действительно подал, и не только я, но и моя жена. В процессе суда выяснилось (по крайней мере для меня), что церковные руководители (не только директор издательства, но и высшие иерархи дивизиона) готовы пойти на любую ложь, любое лжесвидетельство, лишь бы выгородить себя и друг друга и не нести ответственность за противоправные поступки. Суд я, несмотря на все их усилия, выиграл. Начальнику моему пришлось идти на мировую со мной и моей женой, чтобы избежать дисквалификации на несколько лет с руководящих должностей за неоднократное нарушение трудового законодательства — заявление в прокуратуру было у меня уже наготове…

И стал я работать как прежде, но тут пришел новый директор. И с ним связан еще один эпизод, о котором я хочу вам поведать. В 2004 году издательство приобрело у одного нашего брата недостроенный дом, поделило его на пять квартир, довело его до более или менее приемлемого состояния и стало предлагать в нем квартиры на продажу сотрудникам и другим членам церкви.

Однокомнатной квартирой заинтересовалась одна женщина, приехавшая за несколько лет до того из Казахстана, чтобы жить поближе к собратьям. Она договорилась с тогдашним директором, внесла залог и получила ключи — с договором, что остальные деньги будут выплачены по оформлении всех документов. С документами вышла заминка. Директор издательства денег пока не требовал — договор есть договор. Но ему на смену пришел «мессия», у которого о договорных обязательствах были иные представления. Он стал требовать с жильцов деньги — без документов и без каких-либо расписок: либо вы платите сейчас и смиренно ждете, пока появятся документы на дом (а появятся ли они вообще — неизвестно, хозяин-то давно в Америке), либо заплатите потом гораздо дороже.

Эта женщина, потерявшая в последние годы мужа и дочь, оказалась единственной, кто не поддался давлению и настаивал на соблюдении первоначального договора. «Мессия» от нее ничего не добился. Ему на смену пришел другой — более молодой и еще более решительный. Ему, наконец, удалось получить документы на дом (его оформили на местного пастора), и он предложил этой женщине оформить на нее квартиру, которую она уже занимала несколько лет, в обмен на сумму, почти в три раза больше изначальной. Таких денег у нее, естественно, не оказалось. Она до последнего надеялась на порядочность нашего руководства, но какая тут порядочность, когда речь идет о недвижимости и деньгах. Новый начальник издательства оформил ее квартиру, опять же с помощью местного пастора, на подставное лицо и предъявил вдове требование выметаться. Женщина обратилась за защитой в церковный совет. Церковный совет сделал все, чтобы выгородить начальника, но тому все-таки пришлось признать свою неправоту, которую он, впрочем, так ничем и не исправил. В дело вмешались высшее дивизионное начальство, но и они сделали все, чтобы обелить своего ставленника и вывести его из-под удара. Так что если вы, собратья, захотите справедливого суда, к ним я вам обращаться не советую…

Длинная получилась предыстория, но она необходима, чтобы вы поняли, почему я пришел к изложенным ниже выводам. А если в подробностях расписывать все, что я видел и слышал и что было со мною самим за эти годы, то не хватит и целой книги. Одних писем к руководству Церкви наберется на несколько глав. И вот когда я стал собирать воедино разрозненные детали, с которыми я то и дело сталкивался в общении с нашими церковными функционерами, пасторами и сотрудниками, перед моим взором предстала ясная картина повального, возведенного в систему отступничества.

Я буквально «прокопал стену», ярко и красиво раскрашенную несомненно правильным адвентистским вероучением, и заглянул внутрь, где наши адвентистские старейшины творят свое идолопоклонство. Церковная структура превратилась в корпорацию, где царят свои законы, правила, традиции и установления. Они вытеснили собой однозначный Десятисловный Закон и евангельские заповеди. Им на смену пришла корпоративная, так называемая «пасторская» этика, которая дозволяет всё — только бы это было на пользу «Церкви» в любом ее аспекте — финансовом, идеологическом, политическом.

Церковная система возведена в степень идола — ей служат, ей поклоняются, ей приносят жертвы. Корпорация служителей стала «орденом», решающую роль в котором играет лояльность "магистрам" и неписанным уставам, а не верность Богу и Его закону. Я не берусь судить об Адвентистской церкви в мировом масштабе, но у нас в дивизионе это именно так. Наша церковная структура оправдывает беззаконников и карает невиновных, избавляется от нелояльных и инакомыслящих и продвигает наверх своих «верных», принимает решения и меняет их по семь раз в неделю, дает слово и забирает его обратно. В итоге, чем беспринципнее ты и циничней, тем выше ты можешь забраться по служебной лестнице.

Закон Божий попран, от евангельских принципов остались одни декларации. На смену религии пришла идеология, на смену здоровой внутрицерковной жизни — политика с ее интриганством, круговой порукой, ложью, страхом и насилием над личностью. Вместо проповеди Евангелия -- выполнение плана, пропаганда и пиар. Сверху донизу царит лицемерие, показуха, лизоблюдство, жажда власти и наживы. И даже в соблюдении субботы мы, как Церковь, не дотягиваем до праведности иудеев, собирая в этот святой день церковные советы и собрания для судебных заседаний и "казней". А своим наивным подопечным церковники насаждают собственные представления о кротости и смирении и свою этику молчания, давя на совесть многочисленными библейскими текстами и цитатами из Духа пророчества, которыми они научились умело манипулировать.

Отказ от Закона Божьего, его попрание — это и есть идолопоклонство, которое я вынес в заголовок своей статьи. Оно существовало в Божьей Церкви во все времена, а в последнее время приняло форму церковной корпоративной этики. Этим отступничеством поражены наши высшие иерархи, оно, как опухоль, распространилось на всю Церковь, подводя ее к опасному краю, за которым начнутся Божьи суды. Если мы не опомнимся, нас ждет участь древнего Иерусалима...


PS: Моя «обида»
Два с половиной года назад, во время суда с издательством, я пережил жесточайший кризис в своей жизни. И я бы не выдержал его и ушел из церкви, если бы не вера в Бога и осознание своей правоты пред Ним, о которой так много пишет Давид и которую у нас принято считать отсутствием смирения.

Был конец июля, когда мне было сказано, что в издательстве я больше работать не буду. Первые десять минут я был ошеломлен и подавлен. Но затем я взял в руки Библию, открыл Нагорную проповедь, прочитал: "Блаженны изгнанные за правду", и возрадовался. Я, впервые в своей жизни, был по-настоящему изгнан за правду. Я почувствовал себя счастливым человеком, воистину блаженным. В состоянии этого блаженства я пришел домой и сказал жене: "Пакуй вещи, мы съезжаем". Она беспрекословно принялась складывать книги по коробкам, после чего пошла на участок выкапывать гладиолусы. Это блаженство продолжалось до самого вечера. Вечером меня вызвал на разговор один старый адвентист, узнавший откуда-то, что со мной произошло. Он сказал мне буквально следующее: "Тебя увольняют незаконно. Если ты оставишь все как есть, то станешь соучастником этого беззакония. Подумай об этом".

Блаженства как не бывало. Домой я вернулся отягощенный грузом ответственности, а жене сказал: "Выкладывай книги обратно, мы будем бороться..."


Источник: http://blogs.mail.ru/mail/sergiovanoni/


Rambler's Top100